«Ради безопасности страны…»

Социум

Его отец, полковник, участник Великой Отечественной войны, участвовал в обеспечении безопасности Тегеранской конференции, а сам он пресекал деятельность зарубежных спецслужб и осуществлял охрану Главы Мордовии. В канун Дня работников органов государственной безопасности корреспондент «ВС» побеседовал с ветераном ФСБ Юрием Ситниковым. Что делал в Мордовии заместитель посла США в РФ? Сколько жителей республики были на карандаше у западных спецслужб? Как обеспечивалась безопасность первых лиц региона? Ответы на эти вопросы - в эксклюзивном интервью полковника самой могущественной спецслужбы. 
 
«Службу в КГБ начал «диверсантом»
«ВС»: Юрий Федорович, можете рассказать, как вы попали на службу в КГБ?
- В Комитет государственной безопасности я был зачислен в 1984 году. В то время я работал на Саранском телевизионном заводе в должности освобожденного секретаря комитета комсомола. Служба в органах госбезопасности всегда манила меня таинственностью, нужностью Родине. Но в определенный момент мне пришлось расстаться с детской мечтой. Я полагал, что эта работа только для людей особого склада. Поэтому после окончания университета я пошел работать на завод. И вот после пяти лет работы на заводе мне позвонили из Комитета государственной безопасности и сказали, что хотят со мной поговорить. И мечта, от которой я когда-то отказался, начала осуществляться. Но еще в течение года шло изучение меня, как потенциального кандидата. Я продолжал работать на заводе, а летом 1984 года мне предложили поучаствовать в плановых  учениях. Причем сразу предупредили, что на этих учениях мне отводится роль диверсанта. В определенный день меня и еще двух человек, чьи кандидатуры также рассматривались для работы в КГБ, забросили в лесной массив в одном из районов республики. По легенде мы выполняли функции диверсионной группы, которая прибыла в Мордовию. Нашей задачей было забрать из заранее подготовленного тайника разную шпионскую атрибутику и не допустить ликвидации нашей группы на первом же этапе. Из леса мы видели колонну военных автомобилей, понимали, что тайник обнаружен, и на месте нас уже ждут. Но мне тогда удалось уйти. Обнаружив засаду, я запрыгнул в случайно проезжавший по дороге лесовоз и скрылся. Затем самостоятельно явился в штаб учений, что было явно не по плану. Меня снова вывезли в условленный район и потом уже задержали. Но самое интересное в этой истории то, что после завершения учений меня вызвал к себе зампредседателя КГБ. Я явился к нему в грязной футболке, после того как меня, «диверсанта», при задержании «покатали» по земле оперативники. И он мне объявил, что состоялся приказ о моем зачислении на службу, и вручил лейтенантские погоны. Мне повезло служить в отделе контрразведки, который всегда был и остается ведущим подразделением в системе государственной безопасности. В отделе были опытные руководители, дружный, грамотный коллектив. Руководили отделом полковник Николай Максимович Быков, полковник Николай Дмитриевич Тараскин. Я по сей день благодарен им за помощь и поддержку в профессиональном становлении.
«ВС»: Чем в те годы занималась контрразведка именно в Мордовии?
- Задачи были серьезные. С учетом того что мы находились в непосредственной близости с особо режимным объектом, ядерным центром в Сарове, республика была закрыта для въезда иностранцев. Устремления западных спецслужб как к Сарову, так и к нашему региону были вполне реальными. Через Мордовию часто проезжали представители зарубежных посольств, в числе которых были и кадровые разведчики, с целью сбора развединформации. Соответственно, нашей задачей было недопущение получения ими сведений, которые могли бы нанести ущерб государственной безопасности. В то время наши туристы, в том числе и с режимных объектов, выезжали за рубеж. Часто специалисты, в том числе секретоносители, ездили в служебные командировки. Поэтому еще одной нашей задачей было недопущение совершения против них каких-либо провокаций за рубежом, их использование западными спецслужбами в подрывных целях. 
 
 Американские миссионеры
«ВС»: Можете привести примеры реального противостояния с западными спецслужбами?
- В 1994 году нами проводилась оперативная разработка американских миссионеров. В те годы обстановка и в стране, и в республике была непростая. Людям не платили заработную плату по нескольку месяцев, пенсионерам не выплачивали пенсию, полки в магазинах были пустые, процветал криминал. На этом фоне в страну хлынул большой поток так называемых американских миссионеров под видом священнослужителей. Их деятельность была отмечена практически во всех регионах нашей страны. Мы обладали информацией о том, что через данные группы ведется поиск людей, которых впоследствии планировалось использовать для сбора информации, представляющей интерес для американских спецслужб. Вот такие люди прибыли и к нам. Это была семья Чарльза Сонджа: муж, жена и четверо детей. Они были скромно одеты, утверждали, что являются простыми верующими людьми. Сняли квартиру в Саранске и начали набирать религиозную группу из числа местных жителей. В основном это были студенты, но затем круг их интересов расширился. Мы располагали данными, что на самом деле эта группа занимается сбором развединформации, но конкретных фактов у нас не было.  Пример деятельности аналогичной группы был в Нижнем Новгороде. Когда ее попытались разоблачить, они вывели на площадь всех прихожан, которых уже насчитывалось несколько сотен человек, и провели акцию под лозунгом «Свобода вероисповедания». В результате планы наших коллег по их нейтрализации были сорваны. В процессе работы по данному делу мы понимали, что действовать нужно максимально осторожно. Авторитет Чарльза Сонджа для прихожан был непререкаемым. Кроме того, миссионеры использовали методы психологического воздействия. Были выявлены случаи, когда молодые люди из благополучных семей предпочитали общаться с ними, чем со своими близкими. Из них был сформирован так называемый актив, велась определенная картотека. Сондж разработал для прихожан маршруты пеших молитв, которые по «странному» совпадению проходили вблизи режимных объектов. Во время так называемых пеших молитв активисты Сонджа старались привлечь в свою организацию людей, которые работали на режимных объектах. Впоследствии, когда мы подняли их картотеку, выяснилось, что прихожанами этой религиозной общины  являлись дети носителей секретной информации, а также родителей, занимавших высокие посты в органах государственной власти. Кстати,  несмотря на  то что семья Сонджа внешне выглядела малообеспеченной, фактически была  хорошо технически оснащена и обеспечена. В то время компьютеры в России были большой редкостью, они же располагали современным электронным оборудованием. Всю корреспонденцию, включая картотеку, миссионеры пересылали по электронной почте в штаб-квартиру в США. Мы выяснили, что они регулярно получали немалые суммы в валюте из-за рубежа для оплаты услуг своих доверенных лиц. Именно на этом мы и решили сыграть при нейтрализации деятельности Чарльза Сонджа. В то время в уголовном кодексе была статья о незаконных валютных операциях. На этом их и взяли. В отношении семьи Сонджа возбудили уголовное дело. Чарльз Сондж был арестован, а его супруга находилась под подпиской о невыезде. Сразу после этого в Саранск приехали американские эксперты и адвокаты, которые начали изучать уголовное дело. Они  пытались найти юридические ошибки, но их не оказалось. К тому же положение Сонджа усугубилось тем фактом, что его супруга, находясь под подпиской о невыезде, скрытно покинула республику, чему мы сознательно не препятствовали, учитывая наличие четырех малолетних детей. Венцом этого дела стал приезд в республику заместителя посла США в России. Это было уже в 1995 году. Официально он прибыл сюда якобы для оказания экономической помощи нашей республике. Однако одним из основных вопросов, который он поднял, было освобождение Чарльза Сонджа. Но сделать этого не удалось, и уголовное дело дошло до суда. В результате Чарльз Сондж получил несколько лет условного наказания и покинул Россию. А обещанную американцами экономическую помощь Мордовия так и не получила… Главное, что мы не только не допустили утечки из страны сведений, составляющих государственную тайну, но и вернули в семьи тех людей, которые были одурманены Сонджем. В изъятой нами его личной картотеке насчитывалось около трехсот жителей нашей республики. И неизвестно, как бы сложилась их судьба, если бы эта организация еще какое-то время просуществовала в Мордовии. Считаю, что этот пример является наглядной демонстрацией профессионализма сотрудников нашего управления. К слову сказать, именно выходцы из отдела контрразведки Мордовии впоследствии удостоены высокого звания генерала, многие из них и сейчас работают на руководящих должностях в системе государственной безопасности. Это Иван Васильевич Нуштаев, Александр Иванович Гришнев, Сергей Петрович Трушкин, Олег Александрович Никулин, Игорь Иванович Завозяев. Особой гордостью для меня всегда было и есть общение с участниками Великой Отечественной войны, с некоторыми из них мне довелось поработать лично. Всегда вспоминаю добрыми словами Якова Васильевича Глазкова, Николая Дмитриевича Макарова и других заслуженных ветеранов. Это наш золотой фонд. Слова «Всегда оставаться человеком» были их жизненным девизом, так же они воспитывали и нас, молодых сотрудников. Ведь профессия чекиста сродни профессии медика: одним и тем же скальпелем можно человека к жизни вернуть, а можно и зарезать. 
 
«Криминал реально мог пролезть во власть!» 
«ВС»: Журналисты знают вас как бывшего руководителя службы безопасности Главы республики. Можете рассказать, как оказались на этой работе?
- Это было в 1995 году. Николаем Ивановичем Меркушкиным мне было предложено возглавить группу его личной охраны. В то время первые лица регионов находились под государственной охраной. Я согласился. Мы сформировали команду и начали работать. В этом качестве я проработал семнадцать лет. Конечно, это была сложная и очень ответственная работа. Но вместе с тем приятно, что возрождение республики, которое произошло с приходом к власти Николая Меркушкина, прошло на наших глазах. И мы тоже ощущаем себя причастными к этой работе. 
«ВС»: С учетом того что в те годы в Мордовии была очень непростая ситуация, а Николай Меркушкин воспринимался многими как лидер новой формации, были ли какие-то попытки со стороны криминала надавить на него? 
- Честно скажу, таких фактов не было. Однако устремления дестабилизировать обстановку в регионе фиксировались неоднократно. Попытки проникновения криминала во власть были очень реальными. Бандиты, не стесняясь, заходили в кабинеты не только директоров заводов, но и высокопоставленных государственных деятелей. Эти поползновения необходимо было выявлять на ранней стадии и пресекать. Вы наверняка помните, что были покушения на людей, которые начали восстанавливать экономику. Я имею в виду убийство директора «Ромодановсахара» Федора Катаева. Были покушения и на других руководителей предприятий. Все это требовало большого внимания. Нельзя было допустить, чтобы подобные вещи произошли с первыми лицами нашей республики. И с этой работой наша команда справилась. 
 
«Мы сохранили доверие людей»
«ВС»: Так получилось, что вы во время службы застали эпоху серьезных перемен в стране. Как на Комитете государственной безопасности отразился развал СССР? 
- Когда только началась перестройка, начались и гонения на сотрудников КГБ. Считалось, что все чекисты - душегубы, у которых руки по локоть в крови. Так называемые демократы рвались к архивам госбезопасности. Хотя процесс реабилитации репрессированных очень активно шел уже тогда, никто не вспоминал о том, что репрессиям подверглись и более двадцати тысяч сотрудников органов государственной безопасности. Настоящий же интерес для тех, кто рвался к нашим архивам, представляли люди, которые сотрудничали с органами госбезопасности. И мы не имели права этого допустить. Потому что эти люди - настоящие патриоты, благодаря которым были выявлены и готовящиеся преступления, и подрывные действия иностранных спецслужб. Доверием этих людей никак нельзя было поступиться. Мы помним, как эти псевдодемократы на какое-то время пришли к власти. Кроме голословных обвинений никаких реальных действий с их стороны не было. Многие из них исчезли так же внезапно, как и появились. Но успели нанести существенный урон нашему государству. Пострадала и сама спецслужба. Были попытки ее развала, неоднократные переименования, многочисленная смена руководителей, среди которых были и явные враги государства. Понятно, что все это инициировалось из-за рубежа. Навязывалось мнение, что Комитет государственной безопасности себя полностью дискредитировал. Менялись названия, люди, но задача спецслужбы всегда оставалась единой: защита интересов страны и ее граждан. Но, к счастью, удалось сохранить костяк структуры, который не позволил разрушить эту могущественную спецслужбу и ее авторитет. 
«ВС»: Современная жизнь диктует новые условия и задачи, которые приходится решать спецслужбе. Какие, на ваш взгляд, наиболее острые проблемы стоят сейчас перед органами безопасности?
- В настоящее время одним из самых важных направлений деятельности ФСБ является борьба с терроризмом, в т.ч. международным. Сотрудники спецслужбы принимают непосредственное участие в боевых операциях как на территории своей страны, так и за ее пределами. Все это требует специальной подготовки, знаний и умений. Положительные результаты этой многогранной работы мы с вами наблюдаем практически каждый день. При этом особое значение придается сохранению традиций спецслужбы. Так, руководитель республиканского управления ФСБ Андрей Юрьевич Акулинин, обладающий большим опытом руководящей и оперативной работы, серьезное внимание уделяет преемственности поколений, передаче богатейшего опыта от ветеранов к молодым сотрудникам, за что ему огромное спасибо. В преддверии профессионального праздника от всей души поздравляю весь личный состав Управления, ветеранов службы с 99-й годовщиной органов КГБ-ФСБ и желаю им крепкого здоровья, семейного благополучия, мирного неба и успехов на благо нашей Родины! 
Алексей КОНСТАНТИНОВ

Поделиться в соц. сетях:

Случайные новости

Медаль от Президента

Получить награду за свой труд - это и приятно, и почетно. Вдвойне приятно, когда получаешь государственную награду Российской Федерации. В День...

«У меня нет таких денег»

Директор ГУК Пролетарского района получил условный срок за неуплату налогов на 29 миллионов рублей

«Секс-вербовка»

Арестованы очередные подозреваемые по делу о проституции в стриптиз-клубе